Діти Адама

Пишу с опозданием, но не мог пропустить тот великий день для всех мусульман, который случился в 621 году приблизительно в 27 день месяца Раджаб.

26-27 Раджаба мусульмане отмечают два замечательных события, происшедших в жизни Пророка Мухаммеда -ночное путешествие из Мекки в Иерусалим (ал-исра) и его вознесение (мирадж) к небесному престолу Аллаха.

Описано в Коране (53:6-18), в суре «Ан-Наджм» .

...Возник он на высшем небосклоне.

Джибрил приблизился к Мухаммеду, потом подошел еще ближе.

Он был от Мухаммеда на расстоянии двух луков и даже ближе.

Аллах внушил в откровении Своему рабу то, что внушил.

Сердце Мухаммеда подтвердило то, что он видел воочию.

Неужели вы будете оспаривать то, что он видел?

А ведь Мухаммед видел Джибрила в другой раз у самого дальнего Лотоса,

при котором сад — прибежище праведных.

Когда над Лотосом витали те, кто витает,

взор Мухаммада не отрывался от происходящего и не переходил границы дозволенного.

А ведь он увидел величайшее из знамений Господа своего.

Однажды Мухаммад (да Благословит его Аллах и приветствует!) уснул возле мекканской мечети. Ночью к нему явился ангел Джабраил с крылатым животным по имени Бурак (по-арабски «блистающий») и предложил совершить путешествие.

И начался ночной полет из Мекки в Иерусалим к благословенному священному месту, о чем и говорится в Коране в суре «Перенос ночью»:

Хвала тому, кто Своего служителя (велением всевышним)

переместил в единоночье из Аль Харам Мечети (Мекки) в Мечеть Аль Акса (Иерусалима),

окрестности которой Мы благословили,

чтобы явить ему из Наших откровений

(сура 17, аят 1).

Здесь Мухаммад (да Благословит его Аллах и приветствует!) встретился и предстал на молитве с древними пророками, своими предшественниками Ибрахимом, Мусой, Исой, которые по этому случаю опустились с небес.

Затем Мухаммад молниеносно поднялся на небеса, (это событие и называется мирадж). Он побывал на семи небесах. На первом сам Адам открыл ему небесные ворота, на втором встретились ему пророки Йахйа и Иса, на третьем - Йусуф, на четвертом - Идрис, на пятом - Харун, на шестом - Муса, на седьмом - Ибрахим.

С седьмого неба Мухаммад явился к престолу Аллаха и беседовал с ним.

Затем Бурак доставил его в Мекку. Вернувшись, Мухаммад (да Благословит его Аллах и приветствует!) убедился, что постель его не остыла, а из опрокинутого при отправлении в путь сосуда не успела вытечь вода.

Это ночное путешествие произошло 27 раджаба 621 года. Ночь 27 раджаба проводят в бдении, читают Коран, молятся, пересказывают предание о чудесном вознесении Пророка .

"Ты покинула гнездо, где выросла, и оказалась на ложе,которого ты не знаешь, с супругом, к которому ты не привыкла. Так стань же для него землей, и он станет для тебя небом, стань для него ложем, и он станет для тебя опорой, стань для него рабыней, и он станет для тебя невольником. Неприставай к нему, ибо тогда он возненавидит тебя, и не удаляйся от него, ибо тогда он забудет тебя, но если он приблизится к тебе, приближайся и ты, если жестанет удаляться, удаляйся и ты. И береги его обоняние, слух и зрение, и пусть он ощущает от тебя только приятный запах, и слышит от тебя только хорошие слова, и видит тебя только красивой".

Разочарование в институтах власти и низкий уровень жизни превращает украинцев в одну из самых религиозных наций Европы, пишет Каролина Тымкив в №16-17 журнала Корреспондент от 29 апреля 2011 года.

В пасхальное воскресенье возле столичного Владимирского собора не протолкнуться, а от корзинок с культовой снедью пестрит в глазах. Наплыв людей столь велик, что священник в золотистой ризе едва успевает опрыскивать прихожан святой водой.

Внутри собора свечки разметают как горячие пирожки. "Не пробиться прямо, - сокрушается 35-летний юрист Александр Карпенко, который время от времени приходит во Владимирский помолиться. - Но, с другой стороны, это хорошо".

Это действительно хорошо, особенно для церкви. Ведь по данным опроса Международного проекта социального исследования, анализирующего общественные процессы в Европе, украинцы, забыв о своем коммунистическом и атеистическом советском прошлом, в массовом порядке ринулись под сень крестов. Чем и обеспечили себе пятое место на континенте по религиозности.
Украинцы, забыв о своем коммунистическом и атеистическом советском прошлом, в массовом порядке ринулись под сень крестов

Теперь в стране уже 71,4% населения считают себя верующими, а значит, украинцы по этому показателю уступают лишь католикам Польши, православным киприотам, набожным португальцам и словакам.

Более того, число тех, кто верит во Всевышнего, постоянно растет: результаты опроса Центра Разумкова говорят, что за десять последних лет общенациональная украинская паства увеличилась на 13%.

Древо веры активно разрастается даже в восточных регионах страны, где, в отличие от Западной Украины, религиозные традиции были сильно ослаблены в советский период. Теперь все перевернулось.

К примеру, количество приходов в Луганской области растет как на дрожжах. "На 100 тыс. населения раньше было два храма, а сегодня - 16, и все они заполнены", - констатирует Александр Авдюгин, протоиерей луганской епархии Украинской православной церкви (Московского патриархата).

Увеличение числа верующих происходит на фоне постоянно растущего авторитета церкви, который тем заметнее, чем скорее летят в тартарары рейтинги доверия к власти в целом и отдельным ее институтам, а также благосостояние украинцев.
Увеличение числа верующих происходит на фоне постоянно растущего авторитета церкви, который тем заметнее, чем скорее летят в тартарары рейтинги доверия к власти

Дополнительным "миссионером" в деле расцвета религиозности оказалась мода на веру - своеобразный откат, ставший реакцией на многолетнее насаждение атеизма в советской Украине.

Правда, люди, которые называют себя верующими, и истинные рабы Божьи, регулярно посещающие храмы, - в Украине это "две большие разницы". Потомки Владимира Крестителя, Феодосия Печерского и Петра Могилы пока вспоминают о Боге чаще всего по праздникам - в остальное время появляться в церкви они не спешат.

Социологи Центра Разумкова установили, что лишь каждый шестой украинец посещает храм регулярно, то есть как минимум раз в неделю. И вот по этому показателю страна занимает далеко не первую позицию в общеевропейском рейтинге религиозности, находясь между не слишком воцерковленными словенцами и швейцарцами.

"Далеко не все украинцы, которые называют себя верующими, таковыми являются", - резюмирует Людмила Филиппович, завотделом религиозных процессов в Украине Института философии НАНУ.

В гости к Богу

Киевская пенсионерка Лариса Григорьевна, не пожелавшая назвать фамилию в печати, ходит в церковь от случая к случаю и вот решила зайти в Киево-Печерскую лавру. Но ее не пустили даже на порог главного храма.

У плотно закрытых дверей - казачий пост: во время Покаянного канона - одного из самых массовых богослужений в Великий пост - опоздавших и случайных посетителей туда не пускают.

Впрочем, этому есть и рациональное объяснение: в помещении просто нет места - Трапезный храм главного монастыря страны забит до предела. А Лариса Григорьевна, как и все остальные проспавшие или не слишком истово верующие, может попытать счастья и другой день - график служб насыщен. "Главное, чтобы в душе была вера", - не унывает киевлянка.

Вера - это, похоже, общенациональное состояние нынешней украинской души: к Богу тянутся все, от мала до велика. К нему теперь льнут почти все власть имущие, начиная от главы государства и заканчивая мелкими клерками-госслужащими.

Трансляции пасхальных и рождественских богослужений превратились в галереи ликов политического и государственного бомонда. Кроме того, политики и бизнесмены не только ходят в храмы, но часто и сами их строят.
Трансляции пасхальных и рождественских богослужений превратились в галереи ликов политического и государственного бомонда.

И даже заядлых атеистов - коммунистов - не минула чаша сия. К примеру, нардеп фракции КПУ Александр Голуб считает себя православным. Он даже несколько раз пытался поститься, но потом отказался от этой идеи, после того как обратился за советом к священнику и тот объяснил ему: главное не чревоугодничать.

Впрочем, больше всего церковная паства растет в Украине - впрочем, как и во всем мире, - за счет пожилых людей. При этом среди прихожан преобладают женщины.

Еще один лет десять назад немыслимый источник пополнения церковного электората - молодые офисные сотрудники. 25-летний львовянин Александр Онышкив сегодня без стеснения составляет компанию старушкам-прихожанкам. Он стал посещать церковь каждое воскресенье с тех пор, как его уволили из юридической компании во время кризиса.

"Нужна была какая-то опора и успокоение, - объясняет Онышкив. - А это все можно найти только в церкви, в молитве, в общении со священниками".

Молодежи среди верующих, по наблюдениям Игоря Яцива, руководителя департамента Украинской Греко-католической церкви, становится все больше. "Мы недавно открыли церковь в Броварах. Нигде не развешивали объявлений, а в храме полно молодежи", - отмечает Яцив.
Самым религиозным регионом страны остается запад, где сосредоточено 34,5% приходов всех православных церквей, в то время как на востоке их лишь 15,9%.

В то же время самым религиозным регионом страны остается запад, где сосредоточено 34,5% приходов всех православных церквей, в то время как на востоке их лишь 15,9%.

И хотя большинство верующих причисляют себя к православной церкви, в Украине динамично расширяется паства протестантских и мусульманских конфессий. Доля этих церквей за последние десять лет выросла соответственно с 26,5% до 29,1% и с 1,5% до 4,3%.

Валерий Антонюк, заместитель главы Всеукраинского объединения евангельских христиан-баптистов, развитие протестантизма на просторах родины связывает с открытостью этой конфессии, готовностью сделать шаг навстречу потенциальной пастве.

"Например, видим, что сегодня много наркоманов. Мы идем в центры реабилитации, служим, обеспечиваем социальную поддержку, - рассказывает Антонюк. - Также у нас проводится работа с инвалидами, с людьми из неблагополучных семей, среди студентов".

В итоге паства конфессии стремительно растет. И если в начале 1990-х в Украине было около 900 церквей евангелистов-баптистов, то сейчас - 2,4 тыс. "Каждый год мы крестим более 7 тыс. людей", — добавляет Антонюк.

Путь веры

"Не зря говорят: как тревога, так и к Богу. Стабильность и процветание не способствуют росту религиозности", - замечает епископ Евстратий Зоря, пресс-секретарь Украинской православной церкви Киевского патриархата, говоря о причинах, которые привели к росту числа верующих.

Действительно, одной из главных путеводных звезд, ведущих украинцев к дверям храмов, становятся их личные проблемы. Причем обычно, по мнению аналитиков, под этим скрываются экономические сложности или негативные явления во внутренней жизни страны - безработица, страх за свою жизнь.

Сказался и общий кризис гражданских институтов, прежде всего, представляющих власть. Люди не верят в то, что мирские силы способны сделать их жизнь лучше, и поэтому обращаются к силам небесным.

Как результат, по данным опроса GfK Ukraine, проведенного в 2009 году, наибольшим доверием у населения сегодня пользуется именно церковь - об этом заявили 61,2% опрошенных. На другом конце шкалы доверия Верховная Рада, одна из ветвей власти, - ей доверяют лишь 2,7% украинцев.
Люди не верят в то, что мирские силы способны сделать их жизнь лучше, и поэтому обращаются к силам небесным.

Кредит доверия других институтов власти немногим лучше. К примеру, милицию "уважают" только около 16%, хотя в этом рейтинге она занимает третье место сверху, уступая церкви и армии.

"Люди пытаются найти [в религии] опору и авторитеты", - считает Тарас Антошевский, главный редактор информационно-религиозного портала Risu.

Впрочем, повальное обращение соотечественников в лоно церкви объясняется не только падением уровня жизни, но и своеобразной модой на веру. Она - результат сурового запрета религии во времена СССР.

От случая к случаю

Специалисты говорят: если судить по количеству тех, кто заявляет о своей религиозности, Украина действительно выглядит одним из европейских лидеров. Но проблема в том, что верующие по-украински - это в основном люди, которые лишь декларируют близкие отношения с церковью. А на самом деле ведут далеко не праведный образ жизни, не постятся, да и появляются в храме лишь изредка. Хотя, по мнению Филиппович, главный критерий принадлежности человека к религии - это как раз то, насколько часто он посещает храм.

На практике украинцы в церквях появляются массово лишь по большим праздникам или во время проведения ритуалов наподобие венчания или крестин. Лишь 15,7% соотечественников из числа тех, кто считает себя верующим, по данным опроса Центра Разумкова, посещают церковь не менее одного раза в неделю.

Остальные это делают так, как встреченная Корреспондентом утром в будний день в киевском Михайловском златоверхом соборе 54-летняя Зоя Евграфова, директор консалтингового агентства Юрикон. Стоя возле икон, у которых молятся еще от силы десять человек, она старательно осеняет себя крестом. А выйдя из храма, Евграфова рассказывает, что офис ее компании находится неподалеку, поэтому иногда она посещает в собор.
Лишь 15,7% соотечественников из числа тех, кто считает себя верующим, по данным опроса Центра Разумкова, посещают церковь не менее одного раза в неделю.

"Иду в церковь, когда у меня есть в этом потребность. У меня нет такого, что все идут - и я пошла", - говорит украинка.

Подобные нечастые "вояжи" в храм - типичный образец верующего столичного жителя. Средний киевлянин, по данным Европейской программы по исследованию ценностей, посещает церковь 11-12 раз в году. Это не бог весть что даже на уровне прохладно относящихся к религии швейцарцев, британцев, голландцев. На востоке и юге Украины эта цифра еще меньше - семь-восемь раз.

Подобный уровень "бытового атеизма" характерен для малорелигиозных, как по меркам Европы, французов, эстонцев и латышей. И лишь западные украинцы высоко держат символ веры, появляясь в храмах в среднем 22-23 раза в год - так же как поляки, итальянцы и португальцы.

Причем, по наблюдениям Антошевского, в Западной Европе вера "не такая декларативная, как в Украине". Например, во Франции верующими себя называют лишь 25% населения. "Но эти люди, в отличие от украинцев, таковыми и являются. В воскресенье там не работают рынки, люди идут в церковь, молятся", - рассказывает эксперт.
На западе континента церковь переживает кризис, теряя паству, да и атеизм становится все более и более привычным, тогда как Украина идет по встречной полосе

И все же даже на этом фоне украинцам есть чем гордится. На западе континента церковь переживает кризис, теряя паству, да и атеизм становится все более и более привычным, тогда как Украина идет по встречной полосе. Ведь религиозные традиции соотечественников, уверяет Максим Васин, исполнительный директор Института религиозной свободы, только возрождаются. А значит, под сень креста или полумесяца с каждым годом здесь будет собираться все больше людей.

О том же говорит и Зоря. Мол, в ближайшие 10-20 лет верующих будет становиться все больше. "Пока не вырастет новое поколение, которое не знало запретов и которое, как в Западной Европе, начнет протестовать против религии", - говорит епископ.

Монотеизм в индуизме значительно отличается от иудейского, христианского или исламского монотеизма. Трудно провести параллель между индуизмом и монотеизмом авраамических религий. Монотеизм в индуизме развивался постепенно, на протяжении более чем трёх тысячелетий. Свой вклад в развитие индуистского монотеизма внесли множество философских школ и направлений. В индуизме развились свои, крайне сложные монотеистические представления. В богословии многих течений индуизма единый Бог выступает в роли творца, хранителя и разрушителя материальной вселенной, а также в роли спасителя верующих. Монотеизм в индуизме особенно характерен для традиций бхакти, последователи которых выражают любовь к Богу как к Верховной Личности

Особенности индуистского монотеизма

Индуизм принято описывать как политеистическую религию. Ни в какой другой религиозной традиции мира невозможно встретить такого изобилия богов и богинь, полубожественных и демонических существ, проявлений божества в человеческих и животных формах. Но всё это всего лишь внешний, красочный аспект глубокой религиозной традиции. В индуизме, последователи многих течений вайшнавизма, шиваизма и шактизма поклоняются единому Богу, выступающему в роли спасителя верующих и выполняющему функции творца, хранителя и разрушителя материальной вселенной.

В индуистском контексте, термин «монотеизм» имеет своё особое значение. В отличие от других монотеистических традиций, в индуизме в рамках одной традиции существуют различные модели монотеистического Бога. В случае с индуизмом, развитие монотеизма не означает отвержение политеизма или монизма, которые сохраняются как альтернативные и дополнительные модели.

Всегда рискованно применять термины, исторически развившиеся и используемые в одной группе религиозных традиций, к другой группе традиций, имеющей свою собственную историю, образ мышления и религиозного выражения. Применение термина «монотеизм» в контексте индуистских религиозных традиций представляется особенно проблематичным. Ни в одном из индийских языков не существует аналогичного монотеизму слова или понятия. Для индусов, взращённых в богатом и разнообразном религиозном мире, сама идея одного и единственного Бога может показаться странной и даже извращённой. В индуизме сами термины, которые используются для обозначения высшего божества, указывают на множественность и разнообразие космических сил: «Бог богов» (дева-дева), «Господь богов» (девеша), «Обладающий всеми достояниями» (бхагаван) и т. д. Каждый из этих терминов указывает на выделение одного бога из множества других.

При поверхностном взгляде на предмет может показаться, что индуистский теизм более схож с древнебиблейской монолатрией (поклонение одному богу среди множества как верховному божеству), а не с монотеизмом. Однако, индуистский теизм нельзя назвать одной из форм монолатрии. Нельзя его также назвать генотеизмом — термином, введённым в обиход Максом Мюллером для описания ренневедийской формы теистического поклонения.[ Индуистские богословы не считают множество богов индуистского пантеона отдельными друг от друга и независимыми, но рассматривают их как различные ипостаси и проявления единого верховного божества. Такое же понимание природы Бога характерно для простых индуистов.

Для приверженцев традиций бхакти, мотивы для монотеизма являются религиозными, а не философскими, и основаны на глубоком опыте общения с личностным Богом. В отличие от иудейского и исламского монотеизма, основанного на «стремлении к праведности», индуистский монотеизм уделяет основное внимание «сознанию Бога», религиозному опыту божественного. Этический аспект монотеизма имеет в индуизме второстепенное значение.

Право, война и джихад

Относительно внешнего аспекта джихада бытует такое мнение, что в большинстве случаев мусульмане считают войну священной, потому что "желают насильно ввести" людей других религий в свою религию, или же они, политизируя джихад во имя каких-либо интересов, прибегают к насилию и террору против других людей, и все это (мусульмане) делают с позволения своей религии. Это приводит к тому, что западная пресса трактует обыденный террор по политическим мотивам как современные версии джихада.

Самый надежный метод избавления от образовавшейся путаницы и неразберихи - это, как мы и указали ранее, провести разграничение между военными столкновениями, т.е. войной, которая является одной из тем международного права, находящегося в обиходе международных отношений, и джихадом, имеющим более широкий смысл. Несомненно, джихад только с одной стороны является войной. Так, правоведы ханафитского толка, одной из ведущих правовых школ, перечисляя единогласно принятые классические и естественные функции государства, относят к ним также и джихад. Согласно им, "представление власти и суверенитета государства (проводить пятничную молитву)", "сбор и распределение налогов на неделимые и общие нужды и услуги (фей)", "соблюдение внутренней безопасности и свободы судопроизводства (применение наказаний)" и "внешняя защита страны (объявление джихада)", - все это является четырьмя основными обязанностями государства и правительства. Правоведы-ханафиты подразумевают под понятием "джихад" внешнюю защищенность государства, а также относят его к области государственных полномочий. Это не означает, что государство, в котором живут мусульмане, придерживается политики "перманентной революции", как в марксизме, или же политики "борьбы со всем миром пока не будет утверждено (принято) превосходство немецкой расы", как в нацизме, а, наоборот, указывает на то, что ко всему необходим правовой подход. Особо подчеркивается, что объявление войны другим странам, а следовательно, ведение джихада находится только в компетенции правомочной власти, и что никакая отдельная личность, гражданская группа, общество или же политическая организация, партия и т.д. самолично не могут под именем "джихад" объявлять войну другим.

Вопреки этой ясной и установленной правовым образом истине, Ганс Крузе определяет "джихад" как "постоянную войну между исламским обществом и немусульманами". Вынесено ли это суждение из исторических фактов или же взято из основополагающих религиозных источников - точно неизвестно. Тогда как в достоверных источниках нет упоминания о "непрерывном джихаде" в смысле "войны и сражений", поэтому это не является обязательным к исполнению (фарзом) для каждого мусульманина и мусульманки. Безопасность государственных границ обеспечивается армией, военными силами страны. Ученые из числа первых правоведов-сподвижников, такие как Абдуллах бин Умар, Амр бин Динар и Суфьян ас-Саври, придерживаются вышеупомянутого мнения. По мнению этих ученых-правоведов, если рубежи исламского государства находятся в безопасности, то война утрачивает обязательный характер (Абу Сулейман, 1985, 24).

Отношение джихада к войне и по сути дела распространение войны на духовную сферу, как и воспитание совершенной личности объединяет следующее: воины, которые примут участие в войне, основывающейся на справедливых и правомерных мотивах, будут отдавать свои жизни ради свободы и независимости других людей, чтобы дело, которое они делают, было благим, соответствующим высоким идеалам, одобренным и принятым Аллахом. Естественно, что в этом случае человек будет ожидать награды от Всевышнего. Тот, кто погиб, защищая свою веру, имущество, честь и свою жизнь, воспринимается как "шахид". В отличие от точки зрения ориенталиста Йозефа Шахта, джихад не является "священной войной исламской страны против неисламских, которая направлена на постоянное расширение границ до тех пор, пока весь мир не станет мусульманским и все не будет находится под властью ислама" (Й. Шахт, 1977, 139). Сразу отметим, что "священная война", понятие, присущее в целом Западу. Западные аналитики, будучи обязанными (подобно многим другим вопросам) рассматривать джихад в заданном контексте, с учетом всей специфики и особого места в исламе, пытались вместить джихад в рамки своего понимания и своих терминологических данных. Вследствие этого "джихад" стали переводить как "священная война" (Holy War). Кроме того, Й. Шахт явно путает "священную войну" с боевыми действиями, которые возникают между государствами по причине тех или иных разногласий. "Священная война", как было сказано выше, чужда политическим и военным традициям мусульман. Не являясь чем-то желанным, в итоге, война есть ничто иное как еще один способ ведения политики. В этом смысле джихад находится только в компетенции государства, т.е. в компетенции правомочного общественного органа правления. Цель подобной войны - достичь справедливой развязки, чтобы все происходило в рамках права. Мавлана Джалалуддин Руми говорил: "Война предписана для того, чтобы забрать меч из рук несправедливых угнетателей". Кроме того, ислам вообще не использует определение "священная" в отношении войны, а, наоборот, подчеркивая тот факт, что люди негативно смотрят на военные действия (Св.Коран, 2:216), ставит ее в определенные границы, что в конце концов служит поводом к достижению блага.

У ислама как религии нет притязаний на "мусульманизиро-вание" всего мира. Коран открыто заявляет: "Все люди не будут верить (подобно мусульманам)" (Св.Коран, 12:106). Нахождение человеком верного пути и обретение спасения (хидая) возможно только по желанию Аллаха и Его наставлению (на этот путь). Наряду с тем, что усердие человека в этом деле очень важно, вера является своего рода высшей привилегией. В таком случае нелогично думать о том, чтобы насильно заставить людей уверовать, либо вывести всех к "хидае" (прямому и светлому пути). Коран обращается к Пророку Мухаммаду (с.а.с.) и через него ко всем мусульманам со следующими словами: "Так наставляй же, ведь ты - наставник. Тебе не положено повелевать ими (неверующими)" (Св.Коран, 88:21-22). Основной принцип таков: "Нет принуждения в (выборе) религии" (Св.Коран, 2:256). Наоборот, одна из причин войны (в правовом смысле этого слова) - обеспечение свободы совести и вероисповедания, устранение препятствий между совестью человека и Аллахом. Если у нас есть общечеловеческие обязанности в этом отношении, то это означает, что мы должны ликвидировать указанное препятствия.

Но если в рамках правового государства свобода вероисповедания и совести гарантируется законодательством и конституцией, то в отношении выбора той или иной религии не может оказываться никакого давления. Диктаторские режимы не останавливаются только на том, что препятствуют свободе вероисповедания, свободе совести и свободному выражению мыслей, они также служат причиной всяческого бесправия и нравственной деградации. Борьба во имя свободы и справедливости против диктаторского режима, возникшего в подобных условиях, является одним из морально-нравственных приоритетов в осуществлении джихада. Дабы указать на правомерные приоритеты внутренней политики, Пророк Мухаммад (с.а.с.) сказал следующее: "Самый великолепный джихад - это (сказать) правое слово перед (несправедливым) правителем-диктатором" (Абу Давуд, "Малахим", 17).

Обеспечение правовой гарантии свободы вероисповедания и совести, обладание правом жить в соответствии со своими религиозными убеждениями и установление справедливости таким образом, чтобы это распространялось на всех, не является привилегией, предусмотренной только для мусульман. В принципе, наличие более одной религии, а следовательно, и многообразия вероу-беждений, мыслей и образа жизни определяет основные критерии социального плюрализма. Аллах не желает того, чтобы все люди походили друг на друга, словно созданные по одному шаблону. Для того чтобы выявилось, какое из людских сообществ лучше другого, предусмотрены онтологические различия и, бесспорно, между религиями будут происходить теологические и эпистемологические споры. Однако это не должно служить причиной для войн. Разногласия, возникающие у людей и различных сообществ, будут разрешаться Самим Аллахом. На этом свете мы обязаны состязаться друг с другом в обретении блага, праведности и в добрых поступках.

Является истиной и то, что наряду с добрыми качествами алчный, эгоистичный, агрессивный, вредный человек не будет все время соблюдать нравственные нормы, а, напротив, позарится на чужое, станет нарушать права других граждан. Только такие ситуации могут служить поводом к справедливой и правомерной войне. Кроме оборонительных войн, нападения на злоумышленников и других разновидностей войны, также позволительно объявить ее как с целью обеспечения полной свободы совести и вероисповедания, так и для утверждения основных прав и свобод человека. Разоруженный и полностью избавленный от военной угрозы мир и есть заветный идеал людей. Однако исторические и жизненные реалии указывают на то, что мы очень далеки от этого идеала, поэтому вынуждены постоянно жить бок о бок с этой угрозой. Если дело обстоит таким образом, то необходимо установить применительно к войне хотя бы морально-правовую (справедливую) основу. Ислам воспринимает военную реальность не как основную обязанность, а как временное, но в то же время неизбежное положение.

Необходимость обеспечения свободы совести и вероисповедания, защиты молельных домов от нападений также подчеркнута в Коране: "Если бы Аллах не даровал одним людям возможность защищаться от других, то непременно были бы разрушены кельи, церкви, синагоги и мечети, в которых премного славят имя Аллаха. Нет сомнения, Аллах помогает тому, кто помогает Его религии. Воистину, Аллах - сильный, великий" (Св.Коран, 22:40).

Слово "даф", встречающееся в аяте (и переводимое как "защищаться"), происходит от корня "да-фа-а" и означает "война".Однако его значение нельзя ограничить джихадом только в смысле сражения или же столкновений с применением огня. Так как это слово, в первую очередь, выражает смысл "отбивать, отражать", то оно также включает в себя смысл "сопротивление против всякого рода политического и идеологического гнета". Вести правовую борьбу за свободу вероисповедания и свободу совести, стараться снять давление с людей, которых вынуждают жить под этим давлением, проявлять интеллектуальное, умственное усилие, вызывать и развивать гражданскую реакцию, организовывать обсуждения, посещать такого рода дискуссии или же принимать в них непосредственное участие и т.д. - все это имеет место среди различных методов "даф" (отражения).

Как может религия, которая поощряет приложение практических усилий, а при необходимости и готовность к войне (воспринимая это как джихад), ради избавления от гнета даже немусульман, как может она послужить правомерным аргументом для на-сильного вовлечения всех немусульман в ислам или же для террора и жестокости, которые посягают на жизнь невинных людей? Кроме того, в истории есть реальные примеры, касающиеся данного вопроса. Севшие за стол переговоров после ожесточенных боев с монголами, мусульмане наряду с требованием об освобождении пленных мусульман, также поставили условие освобождения пленных немусульман. Вплоть до того, что когда командующий монгольским войском Кутлу Шах спросил у представителя, ведущего переговоры со стороны мусульман Ибн Теймийи: "Так вы хотите нам сказать, что, если мы не отпустим пленных христиан и иудеев, вы будете продолжать войну?", тот ответил: "Да, именно это мы вам и пытаемся объяснить". По мнению Ибн Теймийи, ради обретения свободы немусульман, с которыми имеется соглашение, мусульмане обязаны воевать и совершать джихад на пути Аллаха. Естественно, наряду с этим также существует и аят, в котором говорится: "Убивайте язычников там, где застанете" (Св.Коран, 9:5). Этот аят, как ясно указывается в первых четырех аятах суры Тавба, относится к ситуациям, когда исчерпаны какиелибо возможности соглашения, а также разорваны все дипломатические отношения и установлено военное положение. В заключительном четвертом аяте говорится: "Не убивайте тех многобожников, с которыми вы заключили договор". Кроме того, приказывается рассматривать вне пределов войны многобожников, которые попросили (политического) убежища или же защиты (аман) в ходе войны. То есть эти аяты связаны с практическим военным положением.

Здесь необходимо уточнить, на какие основные аргументы может опираться война, как с точки зрения военной теории, так и теологии. Как мы и упоминули выше, война - это возникшее в результате политических разногласий состояние боевых действий, обладающее своего рода "секулярным" характером. Прусский генерал Клаузевиц определил понятие "война" как "продолжение политики иными средствами". Использование силы во имя собственных политических амбиций - путь, заведомо ведущий к злоупотреблениям.

Согласно мнению большинства исламских правоведов, основополагающий аргумент для объявления войны - нападение врага на ислам и страну мусульман (Сарахси, Аль-мабсут, 10/5). Веская причина войны такова: "Сражайтесь на пути Аллаха с теми, кто сражается против вас, но не преступайте [границ дозволенного]. Воистину, Аллах не любит преступающих [границы]" (Св. Коран, 2:190).

Это означает, что первопричина войны не есть приобщение к исламу немусульман. Если бы дело обстояло таким образом, то необходимо было бы убивать всех немусульман независимо от пола, возраста, будь то взрослый человек или ребенок, духовная личность, либо гражданская. Это же, в свою очередь, было бы "преступлением (границ)". Даже при возникновении военной ситуации с врагом мусульмане не имеют никакого права убивать женщин, детей, стариков, инвалидов, духовных деятелей и тех мужчин, которые не принимают активного участия в военных действиях.

Даже если противник не будет соблюдать вышеуказанные морально-нравственные правила и правовые нормы, исламское право не позволяет здесь прибегнуть к принципу "Мукабалату биль-мисль" (ответить таким же образом). То есть, если в ходе войны мусульманские женщины подверглись насилию, это не дает права воинам-мусульманам насиловать женщин вражеской стороны (Абу Захра, 1976, 42). Это же, в свою очередь, указывает на то, что ислам, начиная с VII века, воспринимает насилие над женщинами как военное преступление. Тогда как в современном мире подобный поступок стал считаться "военным преступлением" только в 2001-ом году. И только по истечении семи лет после того, как сербские солдаты в 1994-ом году изнасиловали 50 тысяч мусульманских женщин и девушек, образованный в Лахее суд признал виновными трех сербских солдат и подверг их тюремному заключению. После вынесенного судебного решения международное сообщество квалифицировало акт насилия над женщинами в ходе военных действий как "военное преступление".

Приведенные выше правовые нормы были открыто установлены Пророком Мухаммадом (с.а.с.) применительно к войне, и в то же время было введено требование их неукоснительного выполнения (Более подробно об этом см. А. Яман, 1998, стр.57 и далее).

Как можно утверждать, что "террор" и "джихад" есть одно и то же, если таковыми являются основные исламские законодательные принципы и обязательные правила, связанные со справедливой войной?

Как известно, согласно рамкам, установленным в исламе, отношения между религиями должны складываться на почве "ихти-рам", т.е. взаимоуважения, когда каждой из них следует видеть и правильно воспринимать далекие от нападок и покушений священные аспекты других религий. Принцип взаимоуважения поощряет к "состязанию в добре" между религиями. "Хайр" (добро) является понятием с обширной семантической областью и глубоким смыслом. Оно включает в себя такие базовые ценности, как: кра-

сота, честность, правдивость и добро. Это предусматривает установление и развитие диалога, сотрудничества, взаимопомощи и терпимости между религиями, а также приложение совместных усилий во имя достижения указанных целей. Согласно имеющимся данным, нынешнее положение таково, что необходимо выдвигать на передний план не противоборство, а чувство ответственности перед общими проблемами и усилия, основанные на взаимном сотрудничестве.

Древнеримский праздник и игры в честь богини плодородия и земледелия Цереры. Проводились с 12 апреля и продолжались восемь дней. В жертву приносились медовые соты, плоды, свиньи. Римляне устраивали праздничные трапезы, приглашая всех проходящих, чтобы умилостивить Цереру. С III века до н. э. известны игры, также посвящённые Церере в Большом цирке.

Крестоносцы проломили стены Константинополя и ворвались в столицу Византии.Крестоносцы стали грабить дома и церкви.

Рамки определения

Если дать определение понятию "джихад", исходя из его оригинальной смысловой структуры, то можно сказать следующее: "Джихад - это старания, направленные на ликвидацию помех (препятствий) между человеком и Аллахом".

Слова "человек, "Аллах" и "помехи", содержащиеся в определении, являются ключевыми. Здесь человек представляет собой конкретного индивида. Конкретный человек - это продукт религиозных убеждений, исторической реальности и социально-культурного окружения. Однако при желании он может вызволить себя из плена неверных религиозных убеждений, истории и окружения, а также вывести из состояния пушинки, парящей в направлении порывов ветра, и стать свободным; то есть человек может изменить веру, исторически сложившуюся ситуацию и окружение. Ислам - последняя религия, ниспосланная Аллахом людям посредством Его пророка Мухаммада (с.а.с). Понятие же "помехи" распространяются на многие области: от внутричеловеческих страстей до ущемления свободы совести и вероисповедания, вплоть до политичекого гнета и социальных лишений.

В таком случае можно говорить о двух основных аспектах понятия "джихад", происходящего, от коренного слова "джахд" (старание).

Первый из них - это духовное и морально-нравственное усилие, которое необходимо затратить для преодоления сложных и трудных препятствий исходящих из внутреннего мира человека и его естества. Второй же аспект - это все действия, которые выполняются с целью создания необходимой материальной и социальной среды для свободного объяснения религии и воплощения ее на практике. В обоих случаях речь идет о приложении максимальных усилий ради обретения человеком внутренней и внешней свободы.

Ислам, являющийся конечной целью религиозной деятельности человека, помимо ощутимых рамок, сформулированных как "келам" (богословие) и "хукук" (юриспруденция), означает еще и повиновение Аллаху, мир, спасение и благополучие. Этот уровень трактовки понятий является, можно сказать, общим знаменателем почти для всех религий. Поэтому Коран, когда повествует о Пророке Ибрагиме (Аврааме), который является праотцом всех трех божественных религий, называет его "мусульманином". "Мусульманин", то есть великий пророк, который повиновался велениям и воле Аллаха, который учил человека сохранять душевный покой внутренне, а также внешне, и который указал на всевозможные пути благополучного сосуществования. Преданность Аллаху подразумевает необходимость мирного сосуществования, т.е. "сильм", что означает "жизнь в мире с Аллахом, живой природой, другими людьми и с самим собой".

Кроме того, Коран часто напоминает, что "религия едина", однако в рамках основных и неизменных религиозных установок существует различие, главным образом, в правилах второй и третьей категории религиозно-правовых систем, которые образуются в соответствии с историческими реалиями. Это, в свою очередь, является очень важным показателем единства бытия, человечества и истории на основе преданности Всевышнему Аллаху. В связи с этой основополагающей моралью в посланиях всех пророков и посланников, касающихся второстепенных вопросов, бросаются в глаза постоянные изменения. Однако необходимо еще раз отметить, что ни одно из этих изменений не касается сути послания и не выходит за рамки деталей.

Тот факт, что слово "джихад" происходит от корня "джахд", также указывает на родственную связь со словом "иджтихад", происходящим от того же корня. "Иджтихад" означает "приложение максимального усилия человеком, который соответствует критериям учености, с целью выяснения правовых положений из текстов Корана и сунны". В таком случае усилие, прилагаемое исходя из определенной основы "асль" (правомерный и достоверный источник, т.е. Коран и сунна) и определенного метода "усуль" (методология исламского права), указывает на непрерывную научно-исследовательскую работу. Происходящее от того же корня слово "муджахада", главным образом, означает "душевное усердие" (усердие перебороть свое эго, страсти и т.д.) или же старание, связанное с внутренним миром, приложеннное на пути духовного развития и нравственного очищения". Если "иджтихад" примем за научный, интеллектуальный путь, а в особенности за правовой аспект (фикх), то "муджахада" можно принять как путь суфизма (т.е. вверения души Всевышнему - прим. ред.).

Исходное богатство корня этого слова является отличным примером, указывающим на разнообразие людских состояний, являющихся результатом нашей жизненной практики. Несомненно, жизнь не состоит только лишь из противостояний и противоборств. Просто нужно всегда иметь ввиду, что неизвестно, когда испытываемые нами чувства негодования и страсти подтолкнут нас к злоупотреблению в якобы правомерных, на первый взгляд, рамках, и быть всегда внимательными в отношении этого. Главное, чтобы разум, озаренный духовным светом, т.е. чувство благоразумия, возобладало над вышеупомянутыми двумя чувствами и, взяв их под свой контроль, направляло на благие цели. Это и есть самая великая борьба "муджахада".

Связанный со внутренним миром человека основной аспект джихада, представляет собой противоборство с одержимостью материального мира, с так называемой "непроходимой тьмой". Это -борьба с "нафсом" (эго), являющимся одним из основных понятий в исламской литературе, с его прихотями и похотями. Алчность, эгоизм, гедонизм, привязанность к плотским страстям, одержимость материальным довольством, боготворение тленного мира и фетишизация земных ценностей и утех, - все это представляет собой некоторые характерные особенности нафса.

Человек обладает двуединым естеством. Одна составляющая этого естества - мирская, другая же - духовная и душевная, являющаяся божественным дыханием. Прибежище божественного дыхания - сердце; прибежище же мирской составляющей - телесные желания и страсти, т. е. нафс). Цель сотворения человека - возвышение и вынесение на передний план духовной, а не мирской сущности. Свобода, приобретенная путем "джахда" и "муджахады", означает обретение силы, способной взять верх и держать под сознательным котролем нашу мирскую сущность. Аллах Сам создал человека и придал ему вид, вдохнул в него от Своего духа, научил его названиям всех вещей (т.е. дал ему знания бытия) и указал ему путь послав пророков. Цель творения - служить (быть рабом) Аллаху максимально лучшим образом и в результате этого стать совершенным человеком, т.е. нравственно устоявшейся, превосходной личностью. Имеющаяся в человеке божественная суть призывает его к Аллаху и занять место в раю, которому он по сути и принадлежит; мирская же сущность человека, являющаяся местом обитания эго, тянет его к плотскому миру, к земле. Человек есть плод древа бытия, самое благородное из творений, и если он пожелает, то, с дозволения Аллаха, своей силой и усердием, противостоя злым наущениям эго, сможет достичь цели своего создания. Иное название этой борьбы "муджахада", т.е. джихад.

Это трудоемкое духовное и моральное усердие согласно исламу рассматривается как самый большой джихад. Так, Пророк Мухаммад (с.а.с), когда возвращался после сражения при Бадре, обратился к своим соратникам со следующими словами: "Вы с маленького джихада вернулись к большому джихаду". Когда же у него спросили, что значит "большой джихад?", Пророк ответил: "Джихад со своим нафсом" (Аджлуни, Кашфуль-хафа, 1/45). Согласно другому источнику он сказал следующее: "Настоящий муд-жахид тот, кто совершает джихад со своим нафсом" (Тирмизи, "Фадаилуль-джихад", 2).

Этот внутренной аспект джихада имеет очень важное значение. Немыслимо ожидать от человека, который не боролся со своими внутренними недостатками и не преодолел препятствий на пути духовного и нравственного самосовершенствования, что его старания по наставлению других на прямой путь будут результативными. В этом смысле "джихад" означает неимоверную борьбу человека, которую от ведет внутри себя на пути духовного очищения, а также "самовоспитание с целью самоконтроля и обретения высоконравственных качеств". Так как это является самым трудным делом, "джихад со своим нафсом есть самый большой джихад".

Место джихада среди ключевых понятий исламской терминологии

В исламе, признающем и иудаизм и христианство, религиозные традиции которых были ниспосланы раньше, имеются некоторые ключевые термины (или понятия), выделяющиеся из общей массы в теологических рамках ислама, связанных с бытием, знанием и моралью. В то же самое время они составляют опору веры. Это "тавхид" (вера в абсолютное единство Аллаха), "рисалат" (общение Аллаха с человеком посредством посланника (ангела), "ахират" (вечная жизнь после смерти) и другие, связанные с этими понятиями. "Джихад" хоть и не относится к постулатам веры, но по меньшей мере представляет собой один из ключевых терминов в понимании личностных и социальных аспектов ислама.

Исторические войны и политический спор между мусульманами и немусульманами стали причиной определенных семантических изменений как в некоторых других понятиях, так и в понятии "джихад". В связи с этим можно сказать, что историческая обстановка и государственный строй играли в этом определенную роль. Например, термин "садака", по сути дела связанный с термином "тасаддук" и означающий одновременно "добровольную денежную помощь" и "обязательный государственный налог", сегодня больше воспринимается как "обыденная милость или же мелкая помощь, поданная нищим и беднякам"; также понятие "джихад", в отличие от того, как оно использовалось в источниках первостепенной важности, и как его воспринимали первые поколения мусульман, перенесло смысловую трансформацию: война, проводимая исключительно во имя веры. В итоге понятие "джихад" приняло смысловую форму: военное распространение и завоевание государств (фатх), хотя на самом деле "джихад" является обобщающим понятием, под которым понимаются некоторые смысловые группы и понятия типа "инфак" (трата на социальное обеспечение).

"Садака" (добровольная помощь), "закят" (обязательный для мусульманина налог, изымаемый в определенном соотношении с золота, серебра и коммерческих товаров, со скотины: овец, коров, верблюдов и др., с земельных доходов, рудников и т.д.), по сути дела входящий в состав закята "ушур" (налог на сельхозпродукты в соотношении 1/10 и 1/20 в зависимости от расходов при взращивании), "харадж" (определенный годовой налог с тех, кто культивирует государственные земли), "хумус" (налог, изымаемый с полезных ископаемых в соотношении 1/5) и иные понятия, связанные с государственной налоговой системой, - все они восходят к более широкому понятию "инфак".

Вместе с тем у каждого из этих перечисленных терминов есть особое значение, связанное с определенными областями экономики, промышленности, сельского хозяйства, коммерции и бизнеса. С одной стороны, "джихад" представляет собой понятие, под которым подразумеваются такие дефиниции, как "кыталь" (сражение), "мухараба" (война), "исьян" (восстание), "джадаль" (противостояние) и т.д. Наряду с этим структура арабского языка обладает достаточным богатством, позволяющим выразить любое действие и положение отдельным словом: "Кыталь" - активные военные действия, сражение; "мухараба" - состояние войны между двумя группами. Если "джихад" был бы только сражением и войной, то не было бы нужды использовать в Коране слова, напрямую передающие этот смысл.

З сьогоднішнього дня відкривається нова тема, яка є не те що актуальною а супер актуально … тема яка однією з найбільш спірних тем котру тільки лінивий не трактує по своєму … але у переважаючої більшості навіть найменших знань … це поняття лякає і ним залякують ….це Джігад (це більш правельна назва ніж російською Джихад) .

Трансформация понятия на пути к современности

Если мы хотим, чтобы у нас было общее и объективное мнение относительно поступков мусульман, их деятельности и манеры поведения, то должны иметь в виду три важных аспекта: первый из них - Коран и сунна (слова, поступки и одобрения Пророка Мухаммада (с.а.с), которые очерчивают границы правомерности поведения как отдельного мусульманина, так и мусульманских "джамаатов" (сообществ, общин), где бы последние ни находились; второй аспект - традиции и культура, которые развивались мусульманами на протяжении истории; третий аспект -мнения и суждения о них внешнего наблюдателя, которые находятся на уровне его знаний и наблюдений. Чаще всего между этими тремя основополагающими факторами не соблюдается должного различия, бывает сложно определить, что на самом деле является религиозным по происхождению, что исходит из исторических реалий и ограниченного понимания человека, который практикует религию в жизни, и, наконец, что является результатом стереотипных предубеждений, сформированных недостаточными наблюдениями и знаниями. На ближайшем отрезке истории, когда большинство исламского мира было оккупировано и велись освободительные войны против колонизаторов, "джихад" дал толчок наращиванию огромного потенциала человеческой энергии; многие исламские ученые и политические лидеры, незамедлившие отметить его активную роль, объявили "джихад" против колонизации. Во время войны против захватнических сил на Кавказе, в Индии и превратившемся в колонию Среднем Востоке джихад был использован в качестве своего рода защитного механизма и правовой основы войны. Так как субъект, на который был направлен джихад, являли собой "западные силы", негативное толкование этого субъекта как в политической, так и в религиозных сферах, послужило причиной появления "потусторонней" фигуры, против которой необходимо бороться и вести джихад. Подобная тенденция послужила причиной развития и укоренения на Западе жестких стереотипов, которые и так имели место в сознании западного человека в связи с историческими отношениями. Первые поколения исламистов XIX века во время разработки проекта исламизации как интеллектуально-политического течения, наряду с обращением к Корану и другим достоверным источникам ислама и отворением двери иджтихада также отвели центральную роль пробуждению духа джихада. Однако в тот период под понятием "джихад", которое рассматривалось в иных терминологических рамках и трактовалось по-новому, подразумевалось противостояние колонизаторству, а также обеспечение и эффективное использование духовной мотивации, необходимой для экономического и научно-технического прогресса. Существует и иной смысл, понимаемый под помещенным в новые рамки джихадом, - это начальный импульс активного интеллектуального, социального и материального пробуждения. Подобно тому, как стоячая вода тухнет и начинает дурно пахнуть, так и общественная жизнь в состоянии инертности впадает в застой. Джихад был рассмотрен как активизирующий духовный источник, душевная энергия, новый социальный подъем и движущая сила. Вплоть до того, что с опорой на него были разработаны динамичные социальные проекты.

Несмотря на все тщательные и трудоемкие научные разработки, западные ориенталисты и исследователи не обратили внимания на этот важный, свойственный современности, процесс, модернизирующий понятие "джихад". Вопреки этому джихад был рассмотрен как процесс распространения религиозности, ставящий под угрозу цивилизацию; как "священная война", больше свойственная христианству; как терроризм или же слепой фанатизм, к которому прибегают ради достижения какой-либо политической цели; как фанатизм, подстрекаемый религиозной одержимостью...(Далі буде)